Песочный торт с лазурью: путешествие с севера на юг Туниса

4 июня 2019 Виды туризма

Песочный торт с лазурью: путешествие с севера на юг Туниса

Фраза «поехать на море» всегда ассоциировалась с безмятежным отдыхом, «сладким ничегонеделанием», как говорят итальянцы. Жителям Туниса в этом отношении повезло: им и ехать никуда не надо, в их распоряжении почти 1300 км побережья Средиземного моря. Такого сокровища хватит, чтобы осчастливить и себя, и гостей со всех уголков света. А заодно и заработать на турпотоке. И не просто содрать с туристов три шкуры при полном отсутствии сервиса, что не редкость в Северной Африке: тунисцы смогли создать «рай земной», соотвествующий европейским стандартам и ожиданиям самых капризных и взыскательных путешественников. «Известия» проехали Тунис с севера на юг и внимательно смотрели по сторонам.

Африканская ривьера

«Да, я знаю, что моя фамилия на русском языке означает небольшой сад, в питерском Политехе объяснили», — улыбаясь говорит о себе гид Шокри Садок. Он лучший знаток русского языка среди местных специалистов. И это не субъективное мнение, а признание коллег по цеху. Для них Шокри главный наставник. Помимо советского высшего технического образования, у господина Садока еще и диплом историка.

Знакомство со страной для многих отдыхающих, выбравших северо-восток Туниса, начинается с международного аэропорта Энфида. Отсюда можно без проблем добраться до трех городов-курортов залива Хаммамет: Суса, Монастира и собственно Хаммамета. «Бани» — так переводится название этого городка. В Хаммамете — сплошь отели и рестораны, числом около полутора сотен. Население ежегодно увеличивается на 12% за счет тех, кто едет работать в сфере обслуживания.

У города свой аромат — цветущего жасмина. Похоже, здесь культ этого вечнозеленого кустарника: растет повсюду, а его название можно найти на вывесках ресторанов, магазинов и отелей. «Между прочим, у нас принято дарить мужчинам цветы, вы догадались, о каком растении идет речь», — объясняет Шокри.

Колорит Магриба буквально осязаем в медине (исторической части старого города). Не так много городов в Африке, где одна из стен исторического центра выходит к морю. И эта особенность меняет архитектурную традицию до неузнаваемости — к привычным для востока розовым и белым краскам фасадов добавлен цвет индиго. Идеальной экспозицию этого музея под открытым небом делают рыбацкий рынок и «сук» — восточный базар. Дары моря ждут покупателей в широких коробах: дорады еще бьют хвостами, а креветки — величиной с добрую шпикачку — длинными усами пытаются ухватиться за воздух.

«Королевской креветкой мы считаем ту, в хвосте которой больше шести колец», — рассказывает о тонкостях отбора морепродуктов Шокри. Товар не залеживается — эти деликатесы уже к обеду окажутся на столах элитных ресторанов города.

Моду для европейцев на отдых в Хаммамете открыл Жорж Себастьян — француз румынского происхождения (впрочем, есть версия и о русских корнях этого человека). Он первым перебрался на тунисское побережье в 20-х годах прошлого столетия. Иностранец оставил городу богатую коллекцию растений. А оригинальная вилла Себастьяна — одна из достопримечательностей города. На прилегающей территории с 1964 года проводится культурный фестиваль, по значимости уступающий лишь карфагенскому.

Колыбель Туниса
Направляемся в Карфаген. Некогда величественный и грозный город-государство, точнее, то, что от него осталось, расположен в часе езды от Хаммамета. Красивая легенда, пересказанная нам гидом, говорит о том, что город основала финикийская царица Дидона.

«Они должны были править страной вместе с братом Пигмалионом. Она была справедливой и скромной, он — жестоким и коварным, — рассказывает Шокри. — Чтобы править страной единолично, он для начала избавился от шурина, которого очень любила сестра. Дидона была мудрой женщиной и не показала убийце своей скорби — вместо этого она сказала брату, что хочет мира с ним и готова отдать все несметные сокровища ее мужа. Для этого попросила дать ей флот, чтобы перевезти золото в дар Пигмалиону в Тир. Он дал даже больше кораблей, чем она просила. Когда шла погрузка, вместе с серебром и золотом царица приказала доверенным слугам грузить мешки с песком. Их было так много, что во время плавания часть пришлось сбросить в воду, чтобы корабли не потонули. Дидона сказала морякам Пигмалиона, что их алчный хозяин не простит им утерянных сокровищ, и предложила основать колонию на новой земле».

Землю пришлось покупать у аборигенов — берберов, которые позволили приобрести лишь кусок площадью не больше бычьей шкуры. Искушенная в математике и геометрии Дидона нарезала из шкуры полосок, связала из них кольцо и очертила таким образом границу своих новых владений. Так по легенде и появился Карфаген (в переводе с финикийского «новая земля»). А детинец называли Бирса (от древнегреческого «бычья шкура»). Из века в век Карфаген благоустраивался. Подспорьем для его развития служил плодородный полуостров, местность носит название Эт-Тиб (или мыс Бон) — сегодня здесь выращивают лучшие на планете сорта фиников, апельсины, оливки на экспорт.

«Самый ценный сорт фиников — пальчики Фатимы. Это прозрачные плоды, их цена за килограмм превышает €100. Этот продукт продан еще до того, как успевает созреть», — не без гордости говорит Шокри. На мысе Бон раскинулись и виноградники, поставляющие сырье для знаменитого серого тунисского вина. Эт-Тиб считается самой близкой точкой африканского побережья к итальянской Сицилии — расстояние между двумя объектами около 110 км.

Город, обреченный на смерть
Невероятный по инженерному устройству для своего времени античный город сегодня ассоциируется с не менее грандиозной трагедией, которая постигла его. Carthago delenda est (лат.) — «Карфаген должен быть разрушен» — эта фраза стала крылатой еще в древности.

Ее приписывают римскому государственному деятелю Марку Порцию Катону Старшему, который заканчивал все свои речи в сенате неизменной фразой: «Кроме того, я думаю, что Карфаген должен быть разрушен». Автор трактата «Земледелие», побывав на склоне лет в Африке, вернулся убежденным, что Карфаген постоянно будет создавать угрозу Риму в военном и торговом плане из-за уникальной способности восстанавливать за короткий срок свою экономическую мощь.

В 146 году до н.э. мечта Катона сбылась, в ходе Третьей Пунической войны Карфаген был стерт с лица Земли римскими легионами; сам сенатор, впрочем, не дожил до триумфа.

«Кажется, что разрушить колонну сложно. Но хитрые римляне обходились даже без стенобитных орудий. Брали ветвь оливкового дерева и помещали ее в небольшую трещину колонны или скульптуры. Дерево разбухало и через некоторое время разлом увеличивался», — объясняет дипломированный технарь Шокри законы физики экскурсантам прямо на руинах Карфагена. Легионерам оставалось лишь подтолкнуть глыбу, чтобы довершить акт вандализма. 50 тыс. жителей города после уничтожения Карфагена были проданы в рабство.

С руин открывается величественный вид — когда-то им любовались те, чьи имена вошли в учебники по истории. Но правила музея под открытым небом предельно демократичны — обнять колонну для селфи, прогуляться по руинам никто не помешает.

Историю пишут завоеватели. Образ жизни карфагенян был демонизирован, считает Шокри. Например, римляне утверждали и указывали в своих источниках, что карфагеняне приносили детей в жертву богам. Но современные исследования показали, что в могилах, считавшихся усыпальницей убитых малышей, находились биологические следы… животных.

Метки записи:  , , ,

Читайте также